Разумное. Доброе. Вечное.

AAA
Обычный Черный

Рекомендованное

Опрос

Навигация

Стих дня

Всякая поэзия есть выражение душевного состояния.
© Бергсон А.

17 октября

Об инструментах

нам очень любопытно петыр
так расскажите ж нам зачем
вы вбили гвоздь в кирпич и главно
е чем

Новости культуры от Яндекса

ГлавнаяСтилистика и литературное редактированиеПриёмы анализа текста с логической стороны. Основные законы логического мышления


Кто не делится найденным, подобен свету в дупле секвойи (древняя индейская пословица)


Приёмы анализа текста с логической стороны. Основные законы логического мышления

Приёмы анализа текста с логической стороны

Логический анализ текста необходим на всех стадиях работы над литературным произведением, необходим автору, критику, редактору. Анализировать текст, построенный логически правиль­но, обычно легко. Он всегда ясен по своей форме. Когда же логи­ческая строгость текста нарушена, его форма неизбежно неясна, высказать о нём суждение затруднительно. Ограничиться же констатацией, что мысль выражена здесь нечётко, мы не можем: от редактора требуется точное и обоснованное суждение.

Как и всякий анализ, логический анализ текста основан на мысленном делении его на части и на исследовании связей меж­ду этими частями, между смысловыми единицами текста и затекстовой действительностью и имеет два уровня: исследование ло­гики высказываний (оцениваются связи между высказываниями) и логики имён (оцениваются связи между именами внутри выска­зываний). Чтобы определить основные смысловые звенья текста, уже при первом знакомстве с ним полезно обратить внимание на то, ка­ким образом части связаны друг с другом: союзами, союзными словами, знаками препинания, какими именно. Неточное употреб­ление союзов ибо, потому, так как, следовательно, но — вер­ный признак нелогичности мышления. Необходимо владеть тех­никой такой операции, как свёртывание суждений до возможно более простых, выраженных одним предложением, когда «каждая часть текста представляется некоторой своеобразной «смысло­вой точкой», «смысловым пунктом», в котором словно сжато всё содержание части».

В процессе «свёртывания» суждений прихо­дится отказываться от частностей, деталей, подробностей. Эта не­сложная, на первый взгляд, операция требует точности. Редактору необходим навык соотнесения смысловых звеньев на протяжении всего текста, на его участках, значительно отда­лённых друг от друга, умение восстанавливать пропущенное смыс­ловое звено. В операции свёртывания суждений всегда есть воз­можность личного толкования текста. Поэтому так трудно бывает «свернуть» текст, фиксирующий живые наблюдения автора. От­влечённые построения подвергаются этой операции гораздо легче.

Второй закон логического мышления называется зако­ном противоречия: не могут быть одновременно истинны­ми противоположные мысли об одном и том же предмете, взятом в одно и то же время и в одном и том же отноше­нии

Закон непротиворечия (противоречия, как он назывался в старых учебниках) - это логический закон, согласно которому не могут быть одновременно истинными взаимно исключающие друг друга мысли: "В данный момент снег идет" и "В данный момент снег не идет", "Этот цветок роза" и "Этот цветок ромашка" и т.п. С точки зрения логики объединение таких мыслей может быть только ложным, и ни в коем случае не истинным. Закон непротиворечия - суровый контролер наших рассуждений. Именно от его соблюдения зависит исходная согласованность наших мыслей, продолжающая линию закона тождества на устойчивость нашего мышления.

Логика различает два типа несовместимости мыслей:

  • а). Формальную несовместимость, которая имеет место между некоторой мыслью и ее формальным отрицанием: "Снег идет" и "Снег не идет", где одна мысль есть непосредственное формальное отрицание ("не", "нет") другой. 

  • б) содержательную (предметную) несовместимость, которая имеет место в связи с несовместимостью самих признаков внутри соответствующих вещей: "Цветок - роза" и "Цветок - ромашка". Эта несовместимость определяется не по формально-логическим законам, а по законам развития самих вещей. Такая несовместимость устанавливается не логикой, а конкретными науками о соответствующих предметах и явлениях. За ошибки в определении такой (предметной) несовместимости формальная логика не несет никакой ответственности.

Закон непротиворечия распространяется на оба типа несовместимости, хотя и с оговоркой в отношении предметной несовместимости. Закон требуют, чтобы там, где противоречивость самого предмета выражается в форме формальных противоречий (так называемая антиномия-проблема) - "Вещь есть Р и не-Р одновременно" - была снята конкретным исследованием и выражена в формально-непротиворечивой форме. В противном случае логика не несет ответственности за ошибки в последующих рассуждениях и выводах относительно, таким образом, фиксируемых объектов.

Контактные противоречия в пределах одной фразы или во фразах, соседствующих друг с дру­гом, обнаружить нетрудно, но противоречия дистантные, отде­лённые друг от друга значительными по объёму участками текста, часто проходят мимо внимания редактора. Чтобы обнаружить так называемые неявные противоре­чия, редактору недостаточно просто сопоставить высказывания, от него требуются дополнительные мыслительные операции. При­ведем элементарные примеры, где следует провести подсчёт, что­бы выявить противоречия.  Мимо внимания редактора не могут пройти даже неполные противоречия. Малейшая логическая неточность в тексте дол­жна быть им замечена.

Закон исключённого третьего. Третий закон логического мышления — закон исклю­чённого третьего — гласит: из двух противоречащих выс­казываний в одно и то же время, в одном и том же отно­шении одно непременно истинно

Третьего не дано. Аристо­тель формулировал этот закон так: не может быть ничего посредине между двумя противоречащими суждениями. Третий закон обеспечивает связность, непротиворечивость мыс­ли, служит основанием для выбора истинного суждения. Точность подбора противоречащих высказываний, чёткость их формулировки, конструктивная ясность текста делают очевидным действие этого закона, способствуют логической определённости из­ложения, позволяют достичь последовательности развития мысли. Непременное условие соблюдения третьего закона логики – сопоставляемые высказывания должны быть действительно про­тиворечивыми, т. е. такими, между которыми нет и не может быть среднего, третьего, промежуточного понятия. Они должны исклю­чать друг друга.

Когда автор очерка о лётчике пишет: «Человек на земле может быть и мягким, и деликатным, а в полёте – соб­ранным, волевым», он нарушает этот закон. Перечисляемые каче­ства характера не исключают друг друга. Уязвимо с позиций логики и следующее суждение, адресованное молодым журналистам: «Журналист в результате своего «расследования» явлений жиз­ни выступает либо в поддержку всего нового, передового, прогрессивного ... либо непримиримым борцом со всем отжив­шим, со всеми социальными болячками...» Противопоставление в данном случае явно не состоялось. Формулировка альтернативы – приём, присущий энергичной манере изложения: мысль требует ясности формы, сам приём – точности исполнения.

В дискуссионных материалах, в острых интервью это проявляется особенно отчётливо. Так, задав од­нажды ведущему популярной в начале 90-х годов передачи «600 секунд» А. Невзорову вопрос: какой он человек – добрый или злой? – тележурналист явно рассчитывал получить однозначный ответ. Однако такой ход беседы не устраивал Невзорова, и он легко ушёл от ответа: «Опять-таки очень абстрактное представ­ление – добрый или злой. Вот Пожарский с Вашей точки зрения, добрый или злой?» В чём просчёт задававшего вопрос? Понятия «добрый» и «злой» с позиций строгой логики не являются проти­воречащими, они не исключают полностью друг друга. В опреде­лённых условиях между ними возможно существование некоего третьего понятия. Этим и пользуется Невзоров, переводя разго­вор на оценку известной всем личности Пожарского и собираясь, видимо, сообщить сведения, которые позволят выявить промежу­точное звено между понятиями «добрый» и «злой», чтобы дока­зать несостоятельность предъявленной ему альтернативы. Бесе­да изменила своё русло.

Третий закон логического мышления важен для редактора и как инструмент при профессиональной оценке текста: отвергая один вариант текста, принимая другой, редактор опирается на этот закон.

Четвёртый закон логического мышления — закон достаточного основания — требует, чтобы всякая истин­ная мысль была обоснована другими мыслями, истин­ность которых доказана

Соблюдением этого закона достига­ется обоснованность мышления, обязательное условие мышления правильного. Логика высказываний считает обоснованность мыш­ления общим методологическим требованием и рассматривает ряд законов, обеспечивающих его выполнение (закон двойного отрицания, тавтологии, симплификации, конъюнкции и др.) В любом рассуждении наши мысли должны быть внутренне связаны друг с другом, вытекать одна из другой, обосновывать одна другую. Истинность суждений должна быть подтверждена надёжными доказательствами.

Четвёртый закон формулирует это требование в наиболее общем виде. Достаточность основания истинности суждений в каждом конкретном случае – предмет рассмотрения специальных наук, логическая обоснованность – необходимое качество каждого журналистского выступления. Именно обоснованности суждений недостаёт газетной рецен­зии на книгу И. Долгополова «Рассказы о художниках».

Отрывок из этой рецензии мы приводим ниже: Тот, кто читает журнал «Огонёк», не может не обратить внимание на серию статей, посвящённых творчеству художников. Многие из этих статей – точнее рассказов – принадлежат Игорю Долгополову. Разумеется, любой такой рассказ должен не­сти в себе ту дозу информации, без которой нет документального рассказа, а тем более – статьи. То, что пишет И. Долгополое, – это, скорее всего, именно рассказы. То есть необходимая информа­ция сочетается с формой подачи её. А эта форма более всего напоминает рассказ. Поэтому совершенно правомерно, что тридцать рассказов И. Долгополова оказались под одним красивым тёмно-зелёным переплётом. И название книги «Рассказы о художниках» – соответствует содержанию её.

В этом отрывке из 28 газетных строк логических неточностей много. В частности, автору следует задать вопрос: в чём же он усматривает правомерность того, что тридцать рассказов Долгопо­лова оказались под одним тёмно-зелёным переплётом? И потому, что ответить на этот вопрос нетрудно, ещё более досадна небреж­ность изложения, затемняющая совсем не сложную мысль и запу­тывающая читателя. Причиной недоказательности изложения могут быть не толь­ко поверхностность знаний и небрежность формулировок, но и автоматизм мышления, когда, например, журналист прибегает к привычным и, казалось бы, проверенным схемам типа «раньше – теперь».

Обыденное сознание часто мешает пишущему вникнуть в суть явления, вскрыть причины происходящего. Иллюзия пол­ной очевидности для журналиста всегда опасна. Но особенно опас­на всякая попытка подогнать факты под некую схему, какой бы «надежной» она ни представлялась. Насилие над материалом неизбежно проявит себя.

Мы редко встречаемся со случайным нарушением законов пра­вильного мышления. Гораздо чаще логическая ошибка свидетель­ствует о неумении дисциплинированно мыслить, и каждый логиче­ский дефект должен служить для редактора сигналом, чтобы уси­лить контроль за развёртыванием мысли в тексте. Это в равной мере справедливо для журналистской публикации любого жанра.

904
07.09.2016 г.

Яндекс.Метрика
Рейтинг@Mail.ru


Индекс цитирования

Уважаемые посетители! С болью в сердце сообщаем вам, что этот сайт собирает метаданные пользователя (cookie, данные об IP-адресе и местоположении). И как ни прискорбно это признавать, но это необходимо для функционирования сайта и поддержания его жизнедеятельности.

Если вы никак, ни под каким предлогом и ни за какие коврижки не хотите предоставлять эти данные для обработки, - пожалуйста, покиньте сайт и забудьте о нём, как о кошмарном сне. Всем остальным - добра и печенек. С неизменной заботой, администрация сайта.