Разумное. Доброе. Вечное.

AAA
Обычный Черный

Рекомендованное

Опрос

Навигация

Стих дня

Всякая поэзия есть выражение душевного состояния.
© Бергсон А.

17 октября

Об инструментах

нам очень любопытно петыр
так расскажите ж нам зачем
вы вбили гвоздь в кирпич и главно
е чем

Новости культуры от Яндекса

ГлавнаяИстория русской литературной критикиИдейные позиции и методология критиков «Нового мира»


Кто не делится найденным, подобен свету в дупле секвойи (древняя индейская пословица)


Идейные позиции и методология критиков «Нового мира»

Линия «Нового мира» исходила из общепринятого в СССР взгляда на литературу как на средство познания и преобразования действительности. Но в отличие от официозной литературы, которая считала необходимым «приподнимать» действительность, показывая её «революционное развитие» в желаемом направлении, «Новый мир» настаивал, что орудием познания и преобразования действительности может быть только литература, показывающая правду жизни в соответствии с законами искусства.

После новой более решительной критики культа личности Сталина «Новый мир» стал самым  последовательным в проведении этой линии литературным органом. Игорь Иванович Виноградов полемизируя с Ю. Буртиным, отстаивавшим возврат к «реальной критике» Н.Добролюбова, Виноградов писал: «<...> критика <...> должна не отнимать хлеб у публицистики, а развиваться на своих собственных путях. Ее назначение не в том, чтобы подобно отделу технического контроля, ставить ярлык или штамп, — в русской традиции значительная критика появлялась тогда, когда возникала возможность выразить через критику крупные мировоззренческие концепции. Их диалог и взаимодействие <...> и создавал пеструю и мощную картину жизни живого духа в критике».

В книге «По живому следу: духовные искания русской классики» (1987) автор собрал статьи разных лет, подчеркивая их литературно-критический пафос. Сюда вошли работы о Лермонтове, Л.Толстом, Достоевском, Булгакове. В их произведениях Виноградов открывает философскую и психологическую подоплеку, видя в классике проявление универсальности человеческих чувств, независимо от породившей их эпохи. Работы последних лет свидетельствуют о том, что Виноградов придерживается религиозного миросозерцания и в современной литературной критике он представляет ее философскую ветвь.

Особое внимание читателей было к критическому отделу журнала. В.Лакшин отстаивал широкое обсуждение общественных проблем, направленное на демократизацию социалистического общества и утверждение в нём нравственных ценностей: «Для нас важна не активность сама по себе, а качество этой активности, её человеческое и общественное содержание.  В.Лакшин приветствовал повесть А.Солженицына „Один день Ивана Денисовича“ и его рассказ „Матрёнин двор“, поддерживал произведения И.Грековой, В.Сёмина. Предметом его исследования стали опубликованные в 1960-е гг. произведения М.Булгакова. Историко-литературное исследование В.Лакшина „Мудрецы“ Островского в истории и на сцене» проводило параллели между различными типами социального поведения в «эпохи реформ» в России 60-х годов XIX и XX веков.

После публикации А.Солженицыным книги «Бодался телёнок с дубом» В.Лакшин в альманахе Самиздата «XX век» (Лондон, 1977) опубликовал свой взгляд на отношения между Солженицыным и журналом «Новый мир». По-прежнему признавая выдающуюся литературную и историческую роль Солженицына, он счёл несправедливыми обвинения, выдвигавшиеся им против редакции и лично Твардовского, Лакшин предложил разновидность "социологизма", рассматривавшего литературу как правдивые свидетельства о социальной действительности, ранее неизвестной. Естественно, эта эстетика сформировалась на базе новой литературы жизненной правды, которая была для "Нового мира" главным концептом.

Лакшин видится символом времени: моралист передовых взглядов, стремящийся под видом статьи о литературном произведении написать максимум разрешенной правды о жизни. Но все крайне аккуратно: охватить можно только ту часть правды, которую разрешили охватить писателю, произведение которого прошло сквозь "умственные плотины" сверхчуткой советской цензуры.

Синявский Андрей с конца 1950-х активно печатается, преимущественно в «Новом мире». Социалистический реализм у Терца вовсе не объект для зубоскальства, а закономерное звено в развитии русской литературы. (При этом он считает, что более точным был бы термин «социалистический классицизм»). В рамках социалистического реализма возможно создать великие произведения искусства, – считает он. И такие произведения были созданы на заре Советской власти теми, кто свято верил в коммунизм. Но во второй половине 20 в. искусство «бессильно взлететь к идеалу и с прежней искренней высокопарностью славословит нашу счастливую жизнь, выдавая должное за реальное». Необходимо другое искусство – «фантасмагорическое, с гипотезами вместо цели и гротеском взамен бытописания».

Во всех своих работах, написанных в СССР или на Западе, стоит ли под текстом подпись А.Синявский или Абрам Терц, их автор исходит из представлений об искусстве, изложенных в книге «В тени Гоголя». Подробно анализируя гоголевские тексты (этим книга о Гоголе отличается от книги о Пушкине), Синявский-Терц делает вывод об органической, глубинной связи искусства с фантастикой: «Фантастика смутно помнит, что искусство когда-то принадлежало магии Фантастика – это попытка уединенной души восполнить утраченный обществом опыт».

Твардовский  дважды приступал к редактированию журнала НМ и дважды отстранялся (1950-54, 1958-70). Около 17 лет редакторской работы пришлись на разные периоды «оттепели»: раннее предвестие, бурное начало и вялое затухание и драматический финал. В 1952 году – публикует статью Щеглова «Русский лес» Леонова», Померанцева «Об искренности в литературе», Абрамова и др.

Нападки в партийной печати, обсуждение на II съезде ССП приводят к снятию Твардовского снят с поста редактора.  Он стремился критически осмыслить историю и современность, а главное – избегать «полуправды» (Щеглов).

Несмотря на то, что Твардовский всегда стоял на партийных позициях, власти усматривали в его редакционных действиях и политике «НМ» черты свободомыслия и прочие, свойственные неподцензурным изданиям. Как следствие, происходит открытая травля Твардовского и сотрудников.

Положение «НМ» ухудшилось после чехословацих событий 1968 г, когда усилилась политическая цензура. Везде искали подтекст. Номера выходили с опозданием, а некоторые публикации вообще изымались, "белые листы".

Были сфабрикованы несколько читатаельских писем: об антипартийной позиции журнала, об отказе от идеалов партийности и народности. ->

В 1970 – Твардовский уволен, вся редакция покинула журнал (через полтора года Твардовский умирает). Журнал напечатал много художественных произведений, но платформу, ценностные ориентиры обеспечивал литературно-критический отдел.(Виноградов, Лакшин, Буртин, Синявский и тд.

Общая программа журнала была неизменной: верность демократическим убеждениям, отстаивание антисталинских позиций вызывали агрессивные нападки противников. В оценках литературных произведений сотрудники журнала были незазвисимы. Осуждали серость, бездарность, верноподданство, сталинизм. Для «НМ» читатель – ключевая фигура, журнал не стремился воспитывать, но учил доверял ему. Искали способы контакта с публикой, используя приёмы аллегорий, реминисценций, подтекста, намёка, иронического пересказа, саркастичного цитирования.

139
02.03.2017 г.

Яндекс.Метрика
Рейтинг@Mail.ru


Индекс цитирования

Уважаемые посетители! С болью в сердце сообщаем вам, что этот сайт собирает метаданные пользователя (cookie, данные об IP-адресе и местоположении). И как ни прискорбно это признавать, но это необходимо для функционирования сайта и поддержания его жизнедеятельности.

Если вы никак, ни под каким предлогом и ни за какие коврижки не хотите предоставлять эти данные для обработки, - пожалуйста, покиньте сайт и забудьте о нём, как о кошмарном сне. Всем остальным - добра и печенек. С неизменной заботой, администрация сайта.